Мирные договоры в период СССР. Рижский мирный договор причины

Мирные договоры в период СССР

После того, как династия Романовых была свергнута в 1917 году, страна недолго находилась на распутье. Новые идеалы государственного устройства уже насаживались в бывшей Российской империи, что позволило Ленину стать великим вождем, которого боялись и уважали.

Первое, что сделали партийные лидеры, оказавшись у власти — это вышли из Первой Мировой войны, что вызвало ряд экономических проблем. Заключив катастрофически невыгодный пакт о мире, Российская империя окончательно превратилась в СССР, вступив в один из самых интересных и сложных периодов за всю историю страны. Какие же войны велись в данный период, и к чему они привели?

Дата заключения и название договора

Стороны заключения договора

Причины подписания договора

Условия и результаты договора

3 марта 1918 год – Брестский мир.

Советская Россия и Центральные державы (Германская империя, Австро-Венгрия, Османская империя, Болгария).

Необходимость выхода из ПМВ.

В результате сепаратного мирного договора СССР вышел из первой мировой войны, а также руководство страны более не должно было претендовать на Прибалтику и северную часть нынешней Белоруссии;

СССР потерял власть на многих территориях, производился вывод войск из Финляндии и Украины, УНР признавалось независимым государством, а также войска красной армии покинули Османскую империю и передали ей Ардаган, Карс и Батум;

Торговля с Германией возобновлялась на условиях 1904 года;

Необходимо было провести демобилизацию армии, а также разоружить морской флот;

Одним из главных условий было прекращение советской пропаганды на континенте.

2 февраля 1920 год — Тартуский мирный договор (мир в Тарту)

Советская Россия и Эстония

Необходимость для России влияния на территории Прибалтики. Окончание гражданской войны в Финляндии.

Признание Эстонской республики и отказ посягательств на территорию страны;

Под власть государства Эстония переходили следующие территории: волости Нарва, Козе и Скарятино, а также Печорский край. Волости в основном были населены этническими русскими.

Страны подписали обязательство о недопущении деятельности стран-противников одной из сторон.

18 марта 1921 год – Рижский мирный договор.

Советская Россия и Польская республика

Необходимость завершения советско-польской войны.

Установка четких границ между Россией, Украиной, Белоруссией и Польской Республикой;

Польша получила небольшую территорию Западной Украины и Белоруссии;

Стороны обязывались закончить военные действия.

Советское государство возвратило трофеи, культурные ценности и научные труды, которые были вывезены из Царства Польского;

Россия обязалась выплатить около 50 миллионов рублей репараций.

12 марта 1940 год – Московский договор

СССР и Финляндия

Финляндия признала поражение после затяжной войны и кровопролитной войны.

Изменение советско-финской границы:

Карельский перешеек, некоторые острова финского залива, часть полуостровов Рыбачий и Средний, а также небольшая территория самой Финляндии перешли под власть СССР. Ладожское озеро оказалось полностью подконтрольно Союзу;

Финляндия обязалась отдать в аренду на 30 лет остров Ханко. СССР создало на нём военно-морскую базу.

Потсдамская мирная конференция 17 июля – 2 августа 1945 год.

СССР, Великобритания, США.

Необходимость решить судьбу проигравших стран во ВМВ и спорных территорий.

Решения по Германии. Территориальный раздел, экономические санкции, обязательство репараций, наказание военным преступникам, создание контрольного механизма;

Продолжение войны СССР с Японией;

Решения о положении Польши. Признание независимости государства;

10 февраля 1947 – Парижский мирный договор.

СССР, США, Франция и Великобритания с одной стороны. Италия, Румыния, Венгрия, Болгария и Финляндия с другой.

Необходимость решить судьбу стран, поддержавших фашистскую Германию во ВМВ.

Разрешение странам «оси» сохранить суверенность и войти в состав ООН;

Определение суммы репараций;

Соглашения по определению наказания для военных преступников.

26 апреля – 21 июля 1954 год. Женевская мирная конференция

СССР, КНР, Великобритания, США, Франция.

Необходимость завершения конфликтов в азиатском регионе.

Прекращение огня на территории Азии;

Разделение государства Вьетнам;
Демилитаризация и нейтралитет Вьетнама, Камбоджи и Лаоса;

Страны обязались не поставлять вооружение в вышеупомянутые страны.

19 октября 1956 год. Московская декларация.

Необходимость нормализации советско-японских отношений.

Юридическое прекращение войны между СССР и Японией;

Япония обязалась не претендовать на острова, принадлежавшие ранее государству.

27 мая 1971. Договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и ОАР.

Необходимость контроля советского государства на рынке нефти и на территории Передней Азии.

Улучшение торговли между странами, взаимопомощь и дружеские отношения государств;

Запрет вступать в союзы против друг друга;

Идеологическая общность, социалистическое переустройство ОАР.

20 ноября 1978. Договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и Социалистической Эфиопией.

СССР по прежнему надеялось на мировую социалистическую революцию. Желание влиять на Африканский континент.

Идеологическое развитие Эфиопии, поддержка марксизма-ленинизма на африканском континенте;

Поддержка африканского государства со стороны СССР, военная и экономическая помощь.

8 декабря 1987 год. Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности

Необходимость нормализовать страны, находившиеся в состоянии холодной войны. Необходимость избежать третьей мировой войны.

Стороны договора обязывались в течение 3 лет ликвидировать все баллистические и крылатые ракеты, дальность которых составляла (1000-5000 км для средних и 500-1000 для меньших).

СССР в результате выполнения условий договора уничтожил 1846 комплексов, а США 846 ракетных комплексов.

30-31 июля 1991 года. СНВ-I

Необходимость нормализовать страны, находившиеся в состоянии холодной войны, а также избежать третьей мировой войны.

СССР и США обязались сократить ядерные арсеналы до количества менее 6000 единиц

Несмотря на то, что за 80-летнюю историю существования Советского Союза войн велось не так уж и много, каждое вооруженное действие имело глобальное значение. Разумеется, самым кровопролитным событием XX века стала Вторая Мировая война. СССР здесь выступала в качестве жертвы, и поэтому главным достижением капитуляции Германии в 1945 году стало то, что страна смогла освободиться от нацистских захватчиков.

В течение многих лет существовала угроза начала Третьей Мировой войны, которую предсказывали очень многие историки и политологи. Особенно актуальной данная проблема казалась в 50-х годах, когда Карибский кризис едва не стал причиной начала вооруженного конфликта.

Благодаря искусной дипломатии как советских, так и мировых политиков, удалось избежать начала Третьей Мировой войны. После разрушения Советского Союза, Россия старалась избегать крупных вооруженных конфликтов, не допуская людских потерь.

А как же мирный договор о ненападении в течение 10 лет с Германией? В конце 30-х годов был заключен. Пакт Молотова — Риббентропа. А что насчет 1939 года и предложения странам Прибалтики о военной взаимопомощи? Это подписали или нет? А 1921 год и мирные договоры с Турцией, Афганистаном и Ираном?

Брестский мир заключала Советская Россия. СССР тогда еще не было. По той же причине и Рижский договор 1921 года (а не 1920) заключал не Советский Союз, а РСФСР. Другие подписанты — УССР, БССР и Польша.

Стоит также упомянуть о Женевской конференции 1954 года, которая сыграла значительную роль в сегодняшней геополитической ситуации, а также колоссально перевернуло историю Азии. На конференции было принято решение о временном разделении Въетнама на коммунистическую и капиталистическую территорию, это «временное» разделение не закончилось до сих пор. А также страны-участники конференции не достигли соглашения по Корее, страна тоже была разделена на Южную и Северную часть, что из этого вышла, мы знаем по сводкам новостей.

Охрана беларуского участка советской границы с Польшей и Латвией (март 1921 — сентябрь 1939). ч. I

ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОБСТАНОВКА В БЕЛАРУСИ

К началу 20-х гг. ХХв. Беларусь испытала не только тяжести I мировой войны, но и трех лет жесткого противостояния различных классов и социальных групп. В стране сложилась тяжелая социально-экономическая ситуация: не работали предприятия, более чем на 30% сократились посевные площади, поголовье скота уменьшилось на 50%. Весной-летом 1921 г. в республике обострилась и социально-политическая ситуация, проявлением которой стал бандитизм. С осени 1920 г. по осень 1921 г. в 177 населенных пунктах прошли погромы. Недовольные продразверсткой крестьяне брались за оружие. Их собирали под свои знамена эсеры, использовали соседняя Польша и антисоветские вооруженные формирования. Усложняли обстановку и условия Рижского мирного договора, по которому в состав Польши вошли этнические беларуские земли – Белостотчина и Виленщина, а также территория нынешних Брестской, Гродненской и частично Минской и Витебской областей общей площадью 112 996 км? с населением 4,6 млн. чел. из которых 65% беларусы, 15% поляки, 11% евреи, 4% украинцы, 2,5% литовцы, 2% русские. На этой территории было образовано четыре воеводства: Белостокское (Волковысский, Гродненский, Августовский и Соколковский уезды), Виленское (Ошмянский, Браславский, Вилейский, Дриссенский, Молодечненский, Поставский, Свентянский и Внленско-Трокский уезды), Новогрудское (Барановичский, Воложинский, Лидский, Новогрудский, Несвижский, Слонимский, Столбцовский и Щучинский уезды), Полесское (Брестский, Дрогичинский, Кобринский, Коссовский, Лунниецкий, Пинский, Пружанский и Столинский уезды).

Кроме того, часть беларуских земель оказались и в составе Латвии, которой, согласно условиям мирного договора, заключенного с Латвией РСФСР 11 августа 1920 г., были уступлены Режицкий и Дриссенский уезды Витебской губернии и две волости Островского уезда Псковской губернии общей площадью 800 км?, населенные преимущественно литвинами-беларусами.

Таким образом, без согласия беларуского народа его историческая этническая территория была передана Советской Россией Польше и Латвии, что надолго задержало процесс национальной консолидации беларусов.

Национально-государственное строительство в Восточной Беларуси, на части которой была образована БССР, в 1921-1939 гг. ознаменовалось укреплением и дальнейшим развитием федеративных отношений БССР с РСФСР и другими советскими республиками. 30 декабря 1922 г. в Москве открылся I Всесоюзный съезд Советов РСФСР, БССР, УССР и Закавказской СФСР в составе Грузинской ССР, Армянской ССР и Азербайджанско ССР, постановивший создать единое федеративное государство – Союз Советских Социалистических Республик (СССР). Новое государство имело общую границу, а площадь его территории на момент образования составляла 21 040 000 км?, что было на 650 000 км? меньше территории бывшей Российской империи.

Несмотря на то, что БССР вошла в состав СССР, как равноправный субъект, ее дальнейшее хозяйственное, государственное и культурное развитие сдерживалось из-за ограниченных материальных и людских ресурсов и малой территории республики – всего 52 300 км? на которой проживало 1,5 млн. чел.

Руководство БССР неоднократно поднимало вопрос об увеличении ее территории. В частности, уже летом 1921 г., когда в правительстве РСФСР обсуждался вопрос о создании единого экономического района в составе Витебской, Гомельской, Смоленской и Брянской губерний РСФСР и ССРБ с центром в г. Смоленск, правительство ССРБ предложило свой проект создания единого экономического района путем включения в состав республики территорий с преобладающим беларуским населением.

В 1923 г. советские и партийные органы республики вновь обратились к руководству РСФСР с просьбой вернуть уже в состав БССР этнические беларуские территории – уезды, в которых большинство населения составляли белорусы. Однако, когда на повестку дня стал вопрос о возвращении Беларуси этнических беларуских территорий Витебской губернии, Мстиславского и Горецкого поветов Смоленской губернии и большинства поветов Гомельской губернии, как родных ей в бытовом, этнографическом и хозяйственно-экономическом отношениях, то Витебский губисполком, в составе которого беларусов практически не было, высказался против этого, аргументируя свое решение тем, что население Витебской губернии потеряло бытовые беларуские черты и беларуский язык незнаком большинству населения, хотя при переписи 1920 г. большинство населения Витебской губернии назвало себя беларусами.

Тем не менее, учитывая договоренность между РСФСР и БССР, 3 марта 1924 г. ВЦИК принял постановление о передаче БССР территории с преобладающим беларуским населением – 16 уездов Витебской, Гомельской и Смоленской губерний. 7 марта 1924 г. это постановление было утверждено Президиумом ЦИК СССР и в состав Беларуси были возвращены Витебский, Полоцкий, Сенненский, Суражский, Городокский, Дриссенский, Лепельский и Оршанский уезды Витебской губернии (в составе Псковской губернии РСФСР остались Велижский, Невельский и Себежский уезды, во многих волостях которых до 72% населения составляли беларусы – потомки полоцких кривичей); Климовичский, Рогачевский, Быховский, Могилевский, Чериковский и Чаусский уезды Гомельской губернии, преобразованной в апреле 1919 г. из Могилевской (в РСФСР остались Гомельский и Речицкий уезды); 18 волостей Горецкого и Мстиславльского уездов Смоленской губернии. В результате этого, т.н. 1-го, укрупнения БССР, ее территория увеличилась более чем в два раза и составила 110 500 км?, а количество населения увеличилось почти втрое – до 4,2 млн. человек.

Читайте так же:  Гражданство Эстонии: для чего оно нужно. Что нужно чтобы получить гражданство эстонии

16 октября 1925 г., на основании решения Политбюро КЦ ВКП(б), было принято Постановление президиума ЦИК СССР «Об урегулировании границ Украинской Социалистической Советской Республики с Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой и Белорусской Социалистической Советской Республикой». Согласно данного постановления из состава БССР в состав УССР 19 марта 1926 г. передавалось 20 населенных пунктов южной части Каролинского района Мозырского округа, а из состава УССР в состав БССР – северные части Олевского, Словечненского и Овручского районов. Однако из-за позиции правительства УССР эта незначительная корректировка границы завершилась только в ноябре 1927 г.

Очередное, т.н. 2-е, укрупнение БССР произошло 28 декабря 1926 г., когда на основании постановления Политбюро ЦК ВКП(б) от 18 ноября 1926 г. постановлением Пезидиума ВЦИК от 6 декабря 1926 г. в состав республики были переданы Гомельский и Речицкий уезды Гомельской губернии. В результате этого территория БССР стала 125 854 км2, а численность населения республики достигло почти 5 000 000 человек.

Также в 1924-1926 гг. ожидалось возвращение в состав БССР Смоленщины и Брянщины. Но начался сталинский террор, все потонуло в крови и с тех пор вопрос о возвращении в состав БССР восточных этнических областей Беларуси уже не поднимался, хотя в 1961 г. и 1964 г., в результате требований местного смоленского беларуского населения, к БССР были присоединены небольшие территории Смоленской области. Кроме того, в этот же период вопрос о вхождении в состав БССР поднимало и руководство Невельского района Псковской области.

Последняя корректировка границ БССР в этот период была осуществлена в 1929 г. По просьбе жителей д. Васильевка 2-я Хотимского района Мозырского округа постановлением Президиума ВЦИК от 20 октября 1929 г. 16 хозяйств этого населенного пункта были включены в состав РСФСР.

1920-е годы в БССР ознаменовались и периодом т.н. беларусизации, который начался в июле 1924 г. Первоначальная цель беларусизации заключалась в приспособлении государственного аппарата к языку большинства населения. СНК БССР, ее ЦИК, а также Наркоматы просвещения и сельского хозяйства получили один год для полного перехода на беларуский язык. Два года было определено Наркомату внутренних дел и юстиции, три – системе здравоохранения, финансов и вооруженных сил, в том числе и пограничным войскам.

Но период беларусизации был недолгим. Уже к 1929 г. произошло постепенное ее сворачивание, что было обусловлено возвратом к идеологии мировой революции, отказом от НЭПа, унификацией и централизацией государственного управления и культурного развития в СССР, а также началом индустриализации и коллективизации страны, венцом которой стало раскулачивание. Только в 1930 г. в БССР было раскулачено 15 629 человек, среди которых 2 393 были середняками. 3 000-3500 семей «врагов трудового народа» были депортированы на Север СССР, а на репрессии Советская Беларусь отозвалась 80 вооруженными восстаниями.

Также фактически оказалось под оккупацией и население Западной Беларуси. Кроме того, правительство Ю. Пилсудского начало проводить здесь политику ополячивания беларусов. Все это породило партизанское национально-освободительное движение, которое возглавила Коммунистическая партия Западной Беларуси (КПЗБ), созданная в 1923 г.

К концу 1923 г. общая численность партизан в Западной Беларуси возросла до 6 000 чел., которые только за этот год осуществили около 300 боевых операций. В 1924-1925 гг. отдельные партизанские группы были объединены в крупные формирования на военных принципах, которыми руководили чекисты К.П. Орловский, В.З. Корж и др.

Обеспокоенное размахом партизанского движения, польское правительство бросило на его подавление полицейские и военные карательные отряды под командованием генерала Рыдз-Смиглы. Значительный вклад в борьбу с партизанами внесла и новая военная структура Польши – Корпус охраны пограничья (КОП), командование которого наделялись правами осуществлять контрразведку и полицейские функции на приграничной территории.

Для того, чтобы отвлечь беларусов от партизанской борьбы, польское правительство рассматривало возможность проведения сельскохозяйственной реформы, демократических выборов в органы самоуправления, расширения доступа беларусов в органы государственного управления и самоуправления и т.д. Но на практике нормализация ситуации в Западной Беларусии достигалась не в результате экономических и политических реформ, а вследствие действий КОП, жандармерии и полиции. Воля отдельных польских политиков была не в состоянии кардинально изменить эту ситуацию. Неразумные налоги, полицейский террор и самодурство местной администрации вели к росту популярности просоветских формирований и организаций, особенно КПЗБ.

Следствием слабости советской войсковой охраны и оперативного прикрытия границы СССР с Польшей стала активная разведывательно-диверсионная деятельность польских спецслужб в приграничной полосе, долгое время остававшаяся фактически безнаказанной. Непосредственно разведкой в приграничной полосе занимались вторые отделения штабов частей КОП, которые тесно взаимодействовали с рефератом «Восток» второго отдела Генерального штаба («двуйкой») и фактически находились под его руководством, получая соответствующие директивы.

Немаловажное значение для успешной и безнаказанной деятельности польских спецслужб имел ряд обстоятельств: наличие по обе стороны границы большого количества поляков, знающих русский и украинский и/или беларуский языки; проживание на территории СССР от 2,5 млн. до 4 млн. поляков, объединенных религиозной, национальной и культурной общностью; значительное количество поляков среди командно-политического состава РККА (в 1923 г. – 17%), работников партийных и советских органов, военной промышленности и даже сотрудников органов государственной безопасности.

Еще одним фактором, усложнявшим обстановку как в самой республике, так и в ее приграничье был «синдром войны 1920 г.», ведь за 1919-1920 гг. около 1,5 млн жителей России, Украины и Беларуси прошли через бои на Западном фронте с Польшей, лично столкнулись с «панами» и усвоили определенные негативные психологические и политические представления.

Только 14 апреля 1924 г., т.е. через три года после заключения Рижского мирного договора, действовавший на территории Беларуси Западный фронт был преобразован в Западный военный округ (с 2 октября 1926 г. – Беларусский военный округ). Командующим Западным фронтам 24 января 1922 г. был назначен M.Н. Тухачевский, который с 29 апреля 1920 г. до 25 августа 1921 г. командовал Западным фронтом советско-польской войны. Это решение Политбюро ЦК РКП(б) о возвращении М.Н.Тухачевского на должность командующего Западным фронтом, очевидно, выражало готовность советского руководства возобновить боевые действия против Польши в случае начала десантных операций врангелевских войск на юге. В подтверждение этого предположения свидетельствует выступление М.Н. Тухачевского на VII Всебелорусском съезде Советов в Минске в 1925 г., когда он призвал правительство БССР «поставить в повестку дня вопрос о войне» с Польшей.

В этом же году специальная «польская» комиссия Политбюро ЦК РКП(б), рассмотрев вопрос о прошедшем в Риге совещании представителей генеральных штабов Польши, Латвии и Эстонии, пришла к выводу, что именно Польша, руководимая Францией, проявила наибольшую активность на этом совещании в деле сколачивания «единого антисоветского блока граничащих с СССР на Западе государств . ». В этой связи Политбюро ЦК РКП(б) на своем заседании 9 апреля 1925 г. признало необходимым «максимальное усиление боевой и мобилизационной готовности Красной армии, а также принятие мер по усилению охраны границ».

В мае 1926 г. в результате военного переворота, к власти в Польше пришел Ю.Пилсудский.

В этой связи его одноклассник по Виленской гимназии – председатель ОГПУ Ф.Э. Дзержинский, написал своему заместителю Г.Г.Ягоде, что объектом возможной агрессии поляков станет прежде всего Беларусия и Украина.

Эти предположения Ф.Э. Дзержинского основывались на докладах ОГПУ о значительной активизации разведывательно-диверсионной деятельности польских спецслужб, а также о росте квалификации направляемой в СССР агентуры, так как в Польше с лета 1926 г. начали создаваться специальные разведшколы. В тактическом плане польская разведка, отреагировав на высылку «кулачества» из районов сплошной коллективизации БССР и УССР, приступила к вербовке агентуры в местах ссылки с последующей переброской завербованных лиц в Польшу для обучения в разведшколах с целью дальнейшего их использования для совершении диверсий на военных и иных важных объектах СССР.

Активность польских спецслужб не уменьшилась и после подписания в июле 1932 г. в Москве польско-советского договора о ненападении. Так, в циркуляре ОГПУ от 28 ноября 1932 г. отмечалось, что произошло значительное укрепление польских разведывательных аппаратов в Турции, Румынии и Латвии, которые активизировали заброску агентуры в СССР. Также увеличилось количество агентов, направленных на территорию СССР непосредственно центральным аппаратом «двуйки». Только за полгода, отмечалось в циркуляре, было разоблачено 187 агентов виленской и львовской экспозитур, которые пытались проникнуть даже в тыловые районы СССР, включая Ленинград и Москву.

Это стало одной из причин почему после подписания польско-советского договора о ненападении, Польша продолжала оставаться главным противником СССР. Причем, не только в секретных документах РККА и ВЧК-ОГПУ, но и в средствах массовой информации. На страницах советских газет и журналов культивировался образ «хищной», «6елопанской», «буржуазно-помещичьей» Польши, которая стала символом «агрессивного капиталистического окружения» Страны Советов, воплощением «образа главного врага».

Освободительный поход РККА: славными деяниями надо гордиться

Освободительный поход Красной Армии (17-29 сентября 1939) – знаменательная дата в истории российского государства и русской нации. Поход стал важнейшим этапом в многовековом процессе собирания русских земель, начало которому положили еще московские великие князья. Благодаря ему от польского ига была освобождена вся Западная Русь (Западная Белоруссия и Западная Украина). На улицах древних русских городов – Львова, Гродно, Бреста – вновь свободно зазвучала русская речь. Поэтому Освободительный поход по праву может и должен стоять в одном ряду с освобождением Левобережной Украины при царе Алексее Михайловиче, а также Белоруссии с Правобережной Украиной при императрице Екатерине Великой.

Конечно, найдется немало желающих сказать, какое нам в современной Российской Федерации дело до Освободительного похода и произошедшего в 1939 г. возвращения древнерусских земель? Эти территории уже три десятилетия как опять вне России. Верно.

Но только от того, что Горбачев с Ельциным отбросили западные границы России в XVI век, вовсе не следует, что мы должны забыть подвиги предков.

Обустройство американцами военной базы под Очаковом не повод перестать гордиться подвигами Потемкина, Румянцева, Суворова и Кутузова, отвоевавших у Османской империи территории нынешней Украины и Молдовы. Скорее наоборот.

Нельзя забывать и того, что Освободительный поход стал первым шагом на пути восстановления территориальной целостности страны после краха Российской империи. Чтобы оценить, какое влияние это событие имело для консолидации советского общества перед надвигающейся войной, и того, какой удар Освободительный поход нанес по стратегическим интересам геополитических противников СССР, достаточно вспомнить, как возвращение одного лишь Крыма изменило внутриполитическую атмосферу в России, и какую агрессивную реакцию оно вызвало у стран Запада.

Память об Освободительном походе важна для нас и в связи с его неоценимым вкладом в Победу в Великой Отечественной войне. Сейчас можно только гадать, где и какой ценой удалось бы остановить немцев, если бы в 1941 году их от Москвы отделяло на несколько сот километров меньше, и если бы наступление на Ленинград началось с эстонской и старой финской границы…

Однако, несмотря на все значение Освободительного похода для нашего государства, на официальном уровне его предпочитают не замечать. Так было в СССР, так продолжается и в РФ. Правда, причины у одинаковых действий власти диаметрально противоположные. В советское время замалчивание Освободительного похода в значительной мере определялось силой Москвы – зачем лишний раз бередить раны вассальной Польши, давайте будем делать упор на том, что нас объединяет. После краха СССР замалчивание Похода определялось уже слабостью Москвы, стремлением завоевать благорасположение Запада через покаяние за «грехи» СССР перед «цивилизованным миром» в целом и Польшей в частности.

Впрочем, все течет, все изменяется. В 90-е гг. любой, кто говорил о подрывной деятельности Сороса, об агрессивной, антироссийской природе блока НАТО или о неблаговидной роли Польши, а уж тем более Великобритании с Соединенными Штатами в развязывании Второй мировой войны автоматически становился маргиналом. Сейчас все это произносится с экранов федеральных телеканалов чуть ли не как само собой разумеющиеся, очевидные истины. Полагаю, что пришла пора снять «табу» и с Освободительного похода Красной Армии, перестать сохранять вокруг него фигуру умолчания только из-за того, что память о Походе столь ненавистна нашим западным «партнерам».

И первым шагом к тому, чтобы 17 сентября 1939 г. вошло в официальный календарь знаменательных дат российского государства должно стать очищение памяти об Освободительном походе от тонн грязи и лжи, которые на него за последние десятилетия вылили доморощенные поборники «общечеловеческих» ценностей.

Читайте так же:  Скачать бесплатно игру Counter Strike 1. Минимальные требования кс соурс

Из года в год в общественное сознание упорно внедрялось представление о Походе, как преступной агрессии СССР против суверенного польского государства. (Н.С. Лебедева, представитель России в российско-польской группе по сложным историческим вопросам: «[17 сентября] правящие круги СССР начали не только агрессивную войну, но войну в нарушение договоров и международных соглашений»).

Более того, Поход объявлялся преступным не только в международно-правовом, но и нравственном отношении – совместный с гитлеровской Германией раздел сражавшейся против нацизма Польши. (Генри Резник, адвокат: «То, что сотворили с суверенным польским государством Гитлер со Сталиным, можно уподобить убийству, совершенному совместно, когда начинает убивать один, а затем присоединяется другой и помогает прикончить жертву»).

Для того, чтобы надежнее заставить российскую общественность стыдиться Освободительного похода «общечеловеки» самым активным образом старались подкрепить его международно-правовую и нравственную «преступность» утверждениями о том, что Поход был хуже, чем преступлением, он был ошибкой Сталина. Якобы, ликвидация буфера (Польши) между СССР и Германией чуть не погубила страну в 1941 году. (Андрей Колесников, журналист: «Генералиссимус получил общую границу с Гитлером, что тоже облегчало нацистам решение задачи глубины и скорости продвижения по территории СССР»).

Если учесть, что подобные утверждения с конца 80-х гг. звучали практически из «каждого утюга», то не приходится удивляться установившемуся вокруг Освободительного похода стыдливому молчанию. Поэтому пойдем по порядку.

Казалось бы, противоправность действий СССР во время Освободительного похода очевидна – против суверенного государства, с которым Советский Союз был связан договором о ненападении, провели военную операцию, которая в дальнейшем повлекла отделение части этого государства в пользу Советской России. Самый полный перечень международных норм, якобы порушенных Советским Союзом во время Похода, дает уже упоминавшаяся выше Н.С. Лебедева: «Введя на рассвете 17 сентября без объявления войны части Красной армии на территорию Польши, санкционируя боевые действия против ее армии, сталинское руководство тем самым нарушило: договор о мире с этой страной, подписанный 18 марта 1921 г. в Риге; протокол от 9 февраля 1929 г. о досрочном введении в силу пакта Бриана-Кэллога, запрещающего использование войны как инструмента национальной политики; конвенцию об определении агрессии 1933 г.; договор о ненападении между СССР и Польшей от 25 июля 1932 г. и протокол, продлевающий действие этого договора до 1945 г.; совместное коммюнике, опубликованное польским и советским правительствами в Москве 26 ноября 1938 г., в котором вновь подтверждалось, что основой мирных отношений между двумя странами является договор о ненападении 1932 г.».

Однако весь этот наводящий ужас длинный перечень международно-правовых актов, якобы попранных СССР, свидетельствует не о преступности «сталинского руководства», а о некомпетентности в международном праве ученой дамы, или же о ее стремлении сознательно ввести читателей в заблуждение.

Правовые основы Освободительного похода уже были объектом изучения специалистов-правоведов, результаты их исследований доступны каждому желающему. Дабы избежать обвинений в ангажированности, сошлюсь на капитальную монографию известного украинского историка права В.С. Макарчука «Государственно-территориальный статус западно-украинских земель в период Второй мировой войны», написанную уже в «незалежной» Украине, где на официальном уровне Освободительный поход объявлен преступной агрессией тоталитарного сталинского режима.

Итак, пакт Бриана-Кэллога, действительно запрещающий использование войны «в роли орудия национальной политики» (ст.1), и на котором в значительной мере базировалась правовая конструкция Нюрнбергского трибунала, никакого отношения к Освободительному походу не имеет. СССР официально трактовал Освободительный поход как гуманитарную операцию, направленную на защиту «единокровного населения». Ни Советский Союз Польше, ни Польша Советскому Союзу войну не объявляли. Не рассматривали действия СССР как войну против Польши и ее союзники (Англия и Франция), а также нейтральные на тот момент Соединенные Штаты. Поэтому «с правовой точки зрения, норм de lege lata — действующих на момент 1939 г. международного права, ввод советских войск на территорию Второй Речи Посполитой началом войны быть трактованным не мог и не был». Нет войны – нет и нарушения пакта Бриана-Кэллога.

Несмотря на провозглашенный гуманитарный, миротворческий характер Освободительного похода, и отсутствие состояния войны между СССР и Польшей, советские действия в полной мере подпадали под определение агрессии, содержащееся в Конвенции об определении агрессии 1933 г. Но все дело в том, что эта Конвенция так и не вступила в силу и не стала действующим правовым документом. Кстати, в первую очередь из-за позиции Великобритании. «Англичане, – как отмечал Валентин Фалин, – в ту пору не уставали твердить: будучи империалистической державой, Британия не может не быть агрессивной».

Объявлять преступными действия Советской России, ссылаясь на нормы разработанной ею же, но не поддержанной «демократическими» странами Конвенции — это уже слишком.

Нет никаких причин, как показывает В.С. Макарчук, и для обвинения СССР в нарушении договора о ненападении с Польшей и всех связанных с ним двусторонних соглашений. Во-первых, в международном праве действует принцип rebus sic stantibus, согласно которому договор остается в силе до тех пор, пока остаются неизменными обстоятельства, обусловившие его заключение.

Ни одно государство не обязано при кардинальном изменении обстоятельств жертвовать своей безопасностью во имя верности заключенным при других условиях договорам. Разгром Польши Германией коренным образом эти обстоятельства изменил и сделал договор о ненападении просто бессмысленным.

Во-вторых, в международном праве того времени существовало отсутствующее ныне «право на самопомощь». В соответствии с ним «государство, которое считало, что действие другого субъекта международного права представляют угрозу для его жизненно необходимых интересов (а последние трактовались весьма обширно), могло в соответствии с действующим международным правом прибегнуть к силовым действиям для устранения этой угрозы».

«Право на самопомощь» широко применялось в период Второй мировой войны, и следовательно соответствовало правоприменительной практике того времени. Опираясь на эту норму, Лондон готовил вторжение в нейтральную Норвегию (правда, не успел, Берлин его опередил). 10 мая 1940 г. английские и французские войска заняли принадлежавшие Голландии острова Аруба и Кюрасао, дабы не допустить их оккупации Германией. Английские и американские войска после захвата Третьим рейхом Дании высадились в находившейся с ней в унии Исландии. Английские и советские войска вошли в не участвующий в войне Иран с целью недопущения усиления в нем позиций Германии.

В связи с этим, Освободительный поход Красной Армии был «не столько противозаконным “нападением на Польшу”, сколько оправданным с точки зрения действующего на то время международного права шагом страны, вынужденной приостановить свои договоренности с контрагентом вследствие кардинальной перемены обстоятельств, в которых эти договоренности были составлены, а также возникновения реальной угрозы для собственных жизненно-важных интересов».

Для политиков и правоведов того времени это было очевидно, а потому и не было тогда никаких обвинений СССР в нарушении пакта Бриана-Кэллога, Конвенции об определении агрессии и договора о ненападении с Польшей.

Да, СССР, вернув Западную Белоруссию и Западную Украину, нарушил Рижский мирный договор 1921 г., в котором после поражения в советско-польской войне Советская Россия признала переход этих территорий в состав Польши.

Но Франция, проиграв франко-прусскую войну в 1871 г., по условиям Франкфуртского мира признала переход к Германии Эльзаса и Лотарингии. По итогам Первой мировой войны она их себе вернула. И никто не обвиняет за это Францию в преступлении.

Нарушение Франкфуртского договора было узаконено в международно-правовом отношении Версальским мирным договором. Точно также нарушение Советским Союзом Рижского договора было узаконено советско-польским договором о границе от 16 августа 1945 г. и предшествующими решениями Ялтинской конференции союзных держав. Поэтому обвинения «сталинского руководства» в преступлении на основании нарушения Рижского договора не более чем сознательная демагогия. С таким же успехом можно обвинить его и в преступном нарушении договора о «вечном мире» с Польшей от 1686 г.

СССР Польшу не делил

В связи с Освободительным походом Запад и либеральное сообщество России очень любят рассуждать о «чудовищном» в нравственном отношении разделе Польши совместно с нацистской Германией. Обязательно всплывает тема совместного парада частей Красной Армии и вермахта в Бресте и т.д. и т.п. Однако все это опять чистой воды демагогия, направленная на манипуляцию общественным мнением.

Возвращение своего не может быть разделом чужого по определению. Екатерина II, присоединив к России Белоруссию и Правобережную Украину, очень точно выразила суть произошедшего: «Ни одной пяди земли «древней», настоящей Польши не взяла и не хотела приобретать … России … населенные поляками земли не нужны …Литва, Украина и Белоруссия – русские земли или населенные русскими». В ознаменование этого славного деяния императрица приказала выбить памятную медаль, на которой изображен российский орёл, соединяющий две части карты с западнорусскими землями, а над ним надпись «Отторженная возвратихъ».

Чтобы вернуть западнорусские земли, Екатерине Великой пришлось согласиться с разделом собственно Польши между Пруссией и Австрией. Считать ее действия безнравственными нет никаких оснований. Безнравственным было бы бросить в беде соотечественников, отказаться прийти им на помощь. Императрицу совершенно справедливо при третьем разделе Речи Посполитой волновал (она даже плакала) только захват Австрией Русского воеводства в Польше (Галиции), которое ей так и не удалось обменять на завоеванные турецкие земли.

Что же касается Польши, то ее никто не заставлял устраивать гонения на православную веру и отказываться уравнять русских подданных Речи Посполитой в правах с поляками и литовцами.

Действия Сталина в 1939 г. аналогичны действиям Екатерины Великой. Чтобы решить жизненно важный для своей страны вопрос и защитить соотечественников («русские меньшинства» по выражению Вячеслава Молотова) он предоставил Германии свободу рук в Польше, а это неизбежно привело к ее четвертому разделу по хорошо отработанному немцами алгоритму между собственно Германией и Генерал-губернаторством. Предъявлять за немецкий раздел Польши какие-либо претензии к Сталину или Советскому Союзу более чем странно. Никаких нравственных обязательств и уж тем более союзнических у Советского Союза перед Второй Речью Посполитой не было и в помине, как и у Российской империи перед Первой Речью Посполитой.

Внутренняя политика Польши была откровенно антирусской. Как отмечает известный белорусский ученый Лев Криштапович, «если до присоединения к Польше в Западной Белоруссии их [белорусских школ] было четыреста, то в 1928 году осталось только 28, в 1934 году – 16, а в 1939 году – ни одной».

Внешняя политика польского государства была столь же откровенно антисоветской. Крайне характерна для руководства Польши позиция Главнокомандующего ее вооруженными силами в 1939 г. маршала Э. Рыдз-Смиглы: «Польша неизменно считала Россию, кто бы там ни правил, своим врагом номер один. И если немец остается нашим противником, он все же вместе с тем европеец и человек порядка, в то время как русские для поляков – сила варварская, азиатская». Одними словами дело не ограничивалось. В 1937 г., невзирая на наличие договора о ненападении с СССР, подчиненный маршалу Генштаб заключил с румынскими коллегами соглашение о разделе ни много ни мало оккупационных зон на территории СССР: «Не позднее четырех месяцев по окончании военных действий эта территория делится между союзниками, причем область на юг по линии Винница—Киев—р. Десна остается за Румынией, включая Одессу, а на север — за Польшей, включая Ленинград».

Давайте называть вещи своими именами – в 1939 г. Польша была врагом СССР, пусть и уже не таким опасным как Третий рейх.

Поэтому безнравственным был не Освободительный поход, безнравственно было бы отказаться от него и безучастно взирать, как белорусы и украинцы на западнорусских землях переходят из-под польского ига под иго немецкое, а вермахт занимает выгодные позиции для будущей агрессии против СССР.

Да, Сталину в отличие от Екатерины Великой пришлось иметь дело не с обычными хищниками – Фридрихом Великим и Иосифом Вторым, а с нацистом Гитлером. Но до 22 июня 1941 г. Гитлер, независимо от исповедования им человеконенавистнической идеологии, был для СССР законным правителем великой европейской державы – Германии. Напомню, что в начале XIX в. в России и во всем «цивилизованном мире» Наполеона считали «корсиканским чудовищем», узурпатором и деспотом. Однако Александр I пошел на заключение с ним Тильзитского договора. И это было не попранием общечеловеческих норм морали, а нравственным исполнением государем своего долга перед Отечеством. Кстати, императору, в отличие от Сталина, пришлось оставить своих союзников, и, пусть даже чисто формально, но воевать с ними (Австрией и Великобританией) на стороне Наполеона.

Читайте так же:  Статья 11. Жалоба на бездействие муниципального служащего

Что же касается совместных парадов с вермахтом и всего тому подобного, то ими надо восхищаться, а не осуждать. Кого-то подобное утверждение может шокировать. Но давайте вспомним ситуацию сентября 1939 г. На территории Польши в ходе, с одной стороны, агрессии Германии, а с другой, Освободительного похода встречаются две армии, заряженные взаимной ненавистью. В Красной Армии – антифашизм, в вермахте – антикоммунизм. Поднеси спичку, и – взрыв. Если к этому прибавить, что «взрыв» был жизненно необходим Великобритании с Францией, у каждой из которых в Польше имелась широко разветвленная агентурная сеть, то избежать неконтролируемого начала боевых действий между Красной Армией и вермахтом, казалось, почти невозможно. Избежали. Незначительные столкновения произошли лишь в районе Львова.

Честь и хвала за это командованию Красной Армии. Легко представить, что чувствовал комбриг Семен Кривошеин, еврей по национальности, когда совместно с махровым антисемитом генералом Гудерианом принимал парад выходящих из Бреста немецких войск и вступающих в него советских. Но он свой долг выполнил.

Смысл происходившего той осенью в Польше был понятен всем здравомыслящим людям.

Его очень хорошо выразил писатель Всеволод Вишневский, оставивший в своем дневнике за сентябрь 1939 г. следующую запись: «Ныне мы берем инициативу, не отступаем, а наступаем. Дипломатия с Берлином ясна: они хотят нашего нейтралитета и потом расправы с СССР; мы хотим их увязания в войне и затем расправы с ними». Поэтому все те, кто ныне пафосно возмущается совместным парадом в Бресте или – полные профаны, или провокаторы. Вторых очевидно больше, чем первых.

Стратегическим провалом Сталина Освободительный поход не объявлял только совсем уж ленивый из числа профессиональных борцов «за все хорошее против всего плохого». Сколько было сказано и написано о том, что Поход привел к ликвидации буфера между СССР и Германией, а выигрыш в глубине обороны, якобы, был мнимым – немцы прошли эти несколько сот километров летом 1941 г. всего за считанные дни.

Только обличители сталинской некомпетентности и его неспособности понять роль буферных государств «забывают» сказать, что разгромленная Германией Польша никаким буфером быть в принципе не могла. И если бы не Освободительный поход, старая советская граница оказалась бы границей СССР с Германией. Соответственно, с нее бы и началось вторжение 22 июня 1941 г.

Версию о том, что без Пакта Молотова-Риббентропа Гитлер не напал бы на Польшу и не ликвидировал этот «буфер», оставим для младших групп детского сада. Сталин, конечно, великий правитель, но утверждать, что от одной его подписи зависело – быть или не быть схватке за гегемонию в треугольнике Великобритания-Германия-США, это уже слишком, «культом личности» попахивает.

Что же касается «бесполезности» полученных в результате Освободительного похода территорий для обороны Советского Союза, то мнениям «диванных стратегов» лучше всего противопоставить позицию известного советского и российского военачальника, возглавлявшего Академию Генерального штаба ВС РФ, генерал-полковника В.С. Чечеватова: «СССР … “перенес” границу на сотни километров на запад от Москвы, Киева, Минска, Ленинграда, что явилось одной из основных причин срыва плана “Барбаросса”, рассчитанного на молниеносный первый удар. … До начала Смоленского сражения 10 июля 1941 года немецкие войска, наступая со средним темпом до 34 км в сутки, продвинулись в глубину СССР до 680 км, 10 сентября — к концу сражения — они углубились еще до 250 км темпом до 3,7 км в сутки, а оставшиеся до Москвы 250 километров войска вермахта преодолевали с огромными потерями со средним темпом уже до 2,9 км в сутки. Если бы не вырванные у Гитлера 250—350 км пространства от старой границы СССР, Смоленское сражение по времени стало бы битвой за Москву со всеми вытекающими последствиями».

Отсюда вывод: «Гитлер еще до начала боевых действий против СССР проиграл И.В. Сталину две самые важные стратегические операции — битву за Пространство и битву за Время, чем и обрек себя на поражение уже в 1941 году».

Как говорится, комментарии излишни. Остается лишь один вопрос – когда же мы, наконец, перестанем смотреть на Освободительный поход Красной Армии глазами наших геополитических противников?

День в истории. 18 марта: Большевики отдают Западную Украину и Западную Белоруссию Польше

Советско-польская война отличалась непредсказуемостью. Успех сопутствовал то одной, то другой стороне, и ситуация периодически разворачивалась на 180 градусов. Польским войскам в ходе конфликта довелось побывать в Киеве и Минске, а РККА остановилась только на ближайших подступах к Варшаве.

Еще одним характерным признаком было наличие элементов так называемой гибридной войны. Поляки поддерживали антибольшевистский «Русский политический комитет» Савинкова. В свою очередь большевики сформировали из числа польских коммунистов Польревком — виртуальное правительство, которое должно было стать реальным в случае поднятия красного флага над Варшавой. На занятых польских территориях начинал работать отдел общественной безопасности (аналог ЧК) во главе с Дзержинским, открывался набор в Польскую красную армию (впрочем, весьма неудачный). Аналогичная ситуация складывалась и в Галиции, где даже была ненадолго провозглашена Галицийская ССР.

В конце концов, после того как никому так и не удалось добиться решающего разгрома противника, стороны приступили к мирным переговорам. Они начались в августе 1920 года в Минске. Большевики нуждались в передышке, чтобы окончательно потушить крестьянские «зеленые» восстания и разделаться с Врангелем на юге. «Мы формально признали существование Украинской республики». Как немцы переиграли Троцкого

Переговоры в Минске не дали результата, и стороны переместились в Ригу. Советскую делегацию решено было усилить главным «уполномоченным по сдаче территорий» Адольфом Иоффе, который играл значительную роль в подписании договоров с Германией, Латвией, Литвой и Эстонией, каждый из которых заканчивался существенными территориальными уступками Советской России.

В переговорный процесс пытались вмешаться представители эмигрантской Белорусской Народной Республики, однако в этом не были заинтересованы ни большевики, ни поляки. Вдобавок за деятелями БНР, по сути, виртуальным правительством, не было какой-либо осязаемой силы. Украину на первом этапе переговоров представлял в делегации Мануильский.

Стоит отметить, что во время переговоров большевики находились в более выгодном положении. За спиной польских делегатов незримо присутствовали националисты, офицеры, сторонники Великой Польши и даже Антанта. Одно неверное движение вызвало бы их серьезное негодование. За спиной большевиков не было никого, они могли идти на любые уступки, и не существовало силы, которая помешала бы это сделать.

Поэтому поляки очень тщательно и долго пытались сформулировать свои территориальные требования, тогда как для большевиков единственной и первостепенной задачей было сохранение контроля над большей частью Украины (из-за неурожая 1920 года и крайне неэффективной политики военного коммунизма в стране уже замаячил призрак голода, и потеря УССР в таких условиях стала бы катастрофой). День в истории. 11 января: 100 лет назад большевики ввели продразверстку

В самом начале переговоров, начавшихся в Риге, Иоффе предложил полякам совместно и торжественно признать независимость Белоруссии и провести референдум в Галиции. Предложение было сделано в разгар боевых действий, когда польские войска углублялись в Белоруссию, поэтому оно было ими отвергнуто. Перемирие было заключено только в октябре.

Иоффе предлагал главе польской делегации Домбскому разменять Белоруссию на послабления по украинскому вопросу. Однако поляки не спешили соглашаться с этим предложением.

В отличие от брест-литовских переговоров, на этот раз большевики не были заинтересованы в затягивании времени. Напротив, они стремились как можно скорее закрыть эту страницу, чтобы вернуться к решению новых проблем, исходя из новой обстановки. Поэтому Ленин проинструктировал Иоффе о необходимости больших территориальных уступок для заключения мира.

Для общественности Ленин придумал объяснение, что территориальные уступки Польше вызваны желанием продемонстрировать польским трудящимся благородство новой советской политики. На февральском пленуме Московского совета рабочих и крестьянских депутатов он заявил:

«Мы ни на минуту и ни на йоту своих военных сил не уменьшим и не ослабим, в то же время не боясь делать несколько больше уступок по отношению к буржуазной Польше, лишь бы оторвать рабочих и крестьян Польши от Антанты и доказать им, что рабоче-крестьянская власть национальной грызней не занимается».

Наконец, вечером 18 марта, во дворце Черноголовых в Риге было подписано мирное соглашение. С советской стороны свои подписи оставили Иоффе, Якуб Ганецкий, Эммануил Квиринг (представлявший УССР), Юрий Коцюбинский (также от УССР) и Леонид Оболенский (будущий советский полпред в Польше). Почему на Украине не празднуют присоединение Волыни и Галичины?

С польской стороны в составе делегации присутствовал Леон Василевский, личный друг Пилсудского и отец знаменитой советской писательницы и будущего трижды лауреата Сталинской премии Ванды Василевской.

Согласно договору, Гродненская губерния (включая Гродно, Слоним, Белосток и Брест-Литовск) и часть Минской передавались Польше. Галиция и Западная Волынь также вошли в состав Польши. Кроме того, советская сторона обязалась передать все культурные и исторические ценности, а также военные трофеи, вывезенные из Речи Посполитой начиная с 1772 года. С Польши также снимались любые долговые обязательства имперских времен, и ей передавалось от РСФСР свыше 30 млн рублей с формулировкой «за вклад в хозяйство Российской империи».

Любопытно, что Гродненская губерния (вместе с Виленским краем) уже была отдана Иоффе Литве за год до этого, согласно Московскому договору. Поляки, претендовавшие на ряд теперь уже литовских территорий и де-факто контролировавшие их, намеревались решить вопрос с литовцами напрямую и, по сути, добивались гарантий невмешательства РСФСР в этот конфликт, с чем большевики охотно согласились, подтвердив передачу бывшей Гродненской губернии полякам.

Галиция исторически входила в состав Австро-Венгрии и, по сути, не являлась территориальной потерей, а вот часть бывшей Волынской губернии, включая Ровно и Луцк, а также уступленные белорусские территории ранее были частью Российской империи.

Польские делегаты могли бы потребовать больше земель (со стороны радикалов они подвергались критике за уступчивость), и большевики, вероятнее всего, их бы отдали. Вообще, уступчивость советских дипломатов удивила поляков. Но они не рискнули требовать еще больше по ряду причин.

Во-первых, в Польше преобладало мнение, что большевики долго не продержатся у власти, а с новой властью может возникнуть территориальный конфликт. Во-вторых, поляки действовали с оглядкой на Антанту, которой Великая Польша тоже была без надобности. Те же англичане крайне прохладно отнеслись к польским пожеланиям. В-третьих, полученные земли еще предстояло сделать польскими. 75 пять лет резне в Гуте Пеняцкой. Как проходила совместная карательная акция дивизии СС «Галичина» и УПА*

Они были заселены этнически, культурно и религиозно иным населением. На Волыни поляки составляли небольшое меньшинство, менее 10% от населения. Если в белорусских землях интеграция не вызвала серьезных проблем, то на Волыни и в Галиции все было куда сложнее.

Включение этих территорий в состав Польши имело далекоидущие последствия и породило большое количество проблем, кровавая развязка которых произошла уже в годы Второй мировой войны.

Политика полонизации, проводившаяся на территориях Галиции и Волыни, встретила серьезное сопротивление со стороны местного населения и привела к появлению радикального подполья (ОУН), которое не гнушалось и террористическими методами. Практически весь наиболее радикальный актив ОУН-УПА* вырос и сформировал свои взгляды уже при поляках.

Переселение польских «осадников» (колонистов) из числа военных, которые получали на Волыни лучшие земли, вызвало недовольство местных крестьян: еще до революции они страдали от сильного аграрного перенаселения и им в первые годы польской власти даже не позволялось покупать землю.

Из-за этих политических практик отношения между поляками и украинцами оказались испорчены, и в годы Второй мировой Волынь стала эпицентром кровавой драмы с массовыми этническими чистками, а вся Западная Украина базой для УПА*.

Осенью 1939 года после Польского похода РККА все переданные по Рижскому договору земли были включены в состав УССР и БССР.

* Деятельность организации с таким названием запрещена на территории РФ

admin