Ук рф 1995 года статья 206. Ук рф 1995 года статья 206

Содержание:

Ук рф 1995 года статья 206

Ключевые слова: ЗАХВАТ ЗАЛОЖНИКА; ГРУППА ЛИЦ; ОРУЖИЕ; ПРЕДМЕТЫ; ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ В КАЧЕСТВЕ ОРУЖИЯ; НАСИЛИЕ; КВАЛИФИКАЦИЯ; ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА; HOSTAGE TAKING; GROUP OF PERSONS; WEAPONS; ITEMS USED AS WEAPONS; VIOLENCE; QUALIFICATION; ENFORCEMENT PRACTICE.

Частью 2 статьи 206 УК РФ предусмотрены следующие обстоятельства, отягчающие уголовную ответственность за захват заложника: группой лиц по предварительному сговору; с применением насилия, опасного для жизни или здоровья; с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия; в отношении заведомо несовершеннолетнего; в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; в отношении двух и более лиц; из корыстных побуждений или по найму.

Захват заложника группой лиц по предварительному сговору имеет место быть, когда два и более лица выполняют объективную сторону преступления, то есть являются соисполнителями, при этом каждое лицо принимает полное или частичное участие в захвате или удержании заложника. Предварительный сговор означает, что субъективная связь в виде согласованности преступных действий между соучастниками возникла до начала выполнения действий, входящих в объективную сторону состава преступления «Захват заложника». «Если субъективная связь между соучастниками возникает в процессе выполнения объективной стороны состава преступления, то предварительный сговор отсутствует».[1]

Действия лиц, не принимающих участие в захвате или удержании заложника, следует квалифицировать как пособничество, подстрекательство или организацию захвата заложника. Например, такие лица могут быть соучастниками захвата заложника путем предоставления информации о личных данных потерпевшего, его маршрутах передвижения, путем дачи советов о том, где и как лучше совершить преступление, путем предоставления оружия, автомобилей и иных предметов, способствующих совершению захвата заложника. Так, осужденный Т. признан виновным в соучастии в виде пособничества в терроризме, то есть в содействии советами и предоставлением информации об угрозе совершения взрыва и иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, наступления иных общественно опасных последствий, с применением огнестрельного оружия, в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения и оказания воздействия на принятие решения органами власти[2].

Согласно пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» под применением насилия, опасного для жизни или здоровья, следует понимать причинение легкого, среднего, тяжкого вреда здоровью. Также под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать насилие, которое не причинило вреда здоровью потерпевшего, однако в момент его применения создавало реальную угрозу причинения вреда жизни или здоровью потерпевшего (например, удушение).

Понятие насилия применительно к ст. 206 УК РФ имеет определенную специфику. В этой норме уголовного права не сформулировано такое отягчающее обстоятельство, как совершение захвата заложника с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья. Это можно объяснить тем, что согласно ч. 1 ст. 206 УК РФ объективная сторона преступления заключается в захвате или удержании лица в качестве заложника. Таким образом, захват заложника и его удержание в таком качестве, по сути, предполагают применение насилия, не опасного для жизни или здоровья потерпевшего, сложившегося в судебной практике. Насилие при захвате заложника применяется для достижения преступного результата и осознается преступниками как побочное, но неизбежное и наиболее эффективное средство воздействия на потерпевшего с целью достижения преступного результата.

УК РСФСР в ст. 126.1 не предусматривал никакое насилие к потерпевшему, поэтому факты причинения ему разной степени тяжести телесных повреждений квалифицировались по совокупности – ст. 126.1 и ст. ст. 109, 112 УК РСФСР. Хотя умышленные тяжкие телесные повреждения заложнику квалифицировались как тяжкие последствия захвата заложника, наряду с неосторожными тяжкими телесными повреждениями, неосторожным убийством, самоубийством заложника, и влекли квалификацию по ч. 2 ст. 126.1 УК РСФСР[3], лишь убийство квалифицировалось по совокупности ч. 2 ст. 126.1 и ст. 102 УК РСФСР. В настоящее время пунктом «в» ч. 2 ст. 206 УК РФ предусмотрен такой квалифицирующий признак, как захват заложников с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, поэтому квалификации по совокупности в случае причинения вреда здоровью потерпевшему не требуется.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью заложника, не сопряженное с насилием, применяемым при захвате или удержании, а связанное с умышленным истязанием потерпевшего, например, обезображивание лица, прерывание беременности, выкалывание глаз, лишение других органов, не может охватываться ч. 2 ст. 206 УК РФ, а влечет квалификацию по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 206 и п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ[4].

Угроза применения насилия к заложникам с целью обеспечения выполнения своих требований, дополнительной квалификации по статьям УК РФ не требуют.

Так, Б. и Х. признаны виновными в захвате и удержании заложников в целях понуждения государства выполнить их требования. Осужденные, захватив заложников, предъявили требования предоставить им оружие и самолет, при этом при невыполнении их требований угрожали расстрелом заложников и созданием угрозы для жизни людей путем взрыва канистр с бензином. Все эти действия Б. и Х. судом первой инстанции были квалифицированы ст. ст. 206 и 205 УК РФ. Между тем из материалов дела усматривается, что действия осужденных, связанные с угрозой расстрела заложников, и производство выстрелов из автомата в воздух не были направлены на нарушение общественной безопасности, на устрашение населения или оказание воздействия на принятие решений органами власти, а преследовали цель добиться выполнения выдвинутых ими требований. При таких обстоятельствах все действия Б. и Х. охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 206 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст. 205 УК РФ не требуют[5].

Под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, понимается их использование для физического воздействия на потерпевшего, их демонстрация для психического воздействия на потерпевшего в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни или здоровья, а также для устрашения потерпевшего.

Согласно ст. 1 Федерального Закона РФ «Об оружии» от 13 декабря 1996 г. №150-ФЗ, оружие – это устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего (перочинный или кухонный нож, топор и т.п.), а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего, например, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные раздражающими веществами.

При квалификации захвата заложника с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, суды квалифицируют содеянное только по п. «г» ч. 2 ст. 206 УК РФ.

Так по п.п. «а», «г», «ж», «з», ст. 206 УК РФ осуждены Г. и И., которые отбывая наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии, захватили в заложники шесть сотрудников из числа персонала медицинской части данного учреждения. При этом они приставляли к горлу женщин кухонные ножи, скальпели, сопровождая свои действия угрозами расправы, вплоть до убийства. Кроме этого, Г. и И. выдвинули требования, адресованные администрации исправительной колонии, выпустить их из места лишения свободы, предоставив при этом автомобиль, заправленный бензином, денежные средства в сумме 40 000 рублей, мобильный телефон для ведения переговоров и огнетушители, как условие освобождения заложников. Требования были выполнены, после чего трех женщин освободили. Прикрываясь оставшимися заложниками, они попытались вместе с ними сесть в предоставленный администрацией исправительной колонии автомобиль, но были задержаны.[6]

Такая квалификация вооружённых случаев захвата заложников соответствует буквальному толкованию уголовного закона.

Так, в 1994 г. Т., имея при себе огнестрельное оружие и боеприпасы, скрываясь от преследовавших его сотрудников милиции, ворвался в одну из квартир по улице Матросова г. Красноярска, где применил угрозу насилием жильцам данной квартиры. Угрожая взорвать гранату, он потребовал крупную денежную сумму и автомобиль. Во время проведения задержания Т. взорвал гранату, причинив вред здоровью бойцу группы захвата[7].

Захват заведомо несовершеннолетнего заложника (п. «д» ч. 2 ст. 206 УК РФ) и женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «е» ч. 2 ст. 206 УК РФ), может быть квалифицирован таковым в тех случаях, когда виновному заведомо известно в первом случае о несовершеннолетии потерпевшего, во втором – о состоянии беременности заложницы.

Захват двух и более заложников (п. «ж» ч. 2 ст. 206 УК РФ) имеет место быть, когда до начала совершения преступления виновный имел умысел на захват в качестве заложников двух и более лиц.

Под захватом заложника, совершенном из корыстных побуждений (п. «з» ч. 2 ст. 206 УК РФ), понимается совершение преступления в «целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.)»[8].

Зачастую захват заложника сопровождается вымогательством. Так как в состав захвата заложника включена лишь цель – понудить государство, организацию или гражданина к совершению (не совершению) какого-либо действия, а не сами действия, содеянное при сопряженности захвата заложника и вымогательства должно квалифицироваться по совокупности этих преступлений[9].

По найму (п. «з» ч. 2 ст. 206 УК РФ) квалифицируется захват заложника тогда, когда виновный захватывает либо удерживает заложника за вознаграждение от третьих лиц. Для квалификации по этому пункту не имеет значения время получения вознаграждения – до или после совершения захвата заложника.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года №1 «О судебной практике по делам об убийстве»: «Как убийство по найму надлежит квалифицировать убийство, обусловленное получением исполнителем преступления материального или иного вознаграждения».

Обстоятельствами, особо отягчающими уголовную ответственность за захват заложника являются захват заложника, предусмотренный частями 1 или 2 ст. 206 УК РФ, если они совершены организованной группой либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, либо повлекли умышленное причинение смерти человеку.

На наш взгляд, решение законодателя придать умышленному причинению смерти человека статус обстоятельства, особо отягчающего уголовную ответственность за захват заложника (ч. 4 ст. 206 УК РФ).

Во-первых, это решения не соответствует конституционной оценке жизни человека, которая является высшей ценностью (ст. 2, ст. 20 Конституции РФ) и не может попутно охраняться нормами, устанавливающими ответственность за менее опасные преступления, чем убийство.

Во-вторых, оно влечет за собой сомнительную правоприменительную практику. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 г. №1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» указано, что «в случае если террористический акт повлек умышленное причинение смерти человеку (либо двум или более лицам), содеянное охватывается пунктом «б» части 3 статьи 205 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 105 УК РФ не требует». При такой постановке вопроса без уголовно-правовой оценки остаются многие квалифицирующие признаки, предусмотренные ч. 2 ст. 105 УК РФ[10].

В-третьих, квалификация убийства (в том числе многих лиц) при террористическом акте только по ст. 205 УК РФ исключает применение смертной казни, предусмотренной (хотя в современных условиях и формально) ч. 2 ст. 105 УК РФ[11]. Да и лишение свободы может быть назначено только в пределах санкции ч. 3 ст. 205 УК РФ, т.е. до 20 лет, тогда как по совокупности ч. 2 ст. 105 УК РФ, и, например, ч. 2 ст. 205 УК РФ оно может составить до 30 лет.

Значит, включением убийства в число особо квалифицирующих признаков террористического акта уголовно-правовая охрана жизни была не усилена, а ослаблена. Аналогичная правоприменительная практика может формироваться и по применению ст. 206 УК РФ.

Читайте так же:  Печать отдела кадров. Заверить подпись работника в отделе кадров

Законодательство, направленное на борьбу с незаконным завладением человеком и ограничением его свободы передвижения, нуждается в дальнейшем совершенствовании путем внесения соответствующих изменений в действующий УК РФ.

Во-первых, считаем необходимым дополнить п. «г» ч. 2 ст. 206 УК РФ такой разновидностью средства совершения преступления как боеприпасы и взрывные устройства.

Во-вторых, представляется важным расширить перечень обстоятельств захвата заложника, усиливающих уголовную ответственность, за счет отдельных категорий потерпевших. Необходимо отнести к ним лиц, находящихся в беспомощном состоянии и малолетних лиц и соответствующими пунктами дополнить ч. 2 ст. 206 УК РФ. Захват в качестве заложника малолетних детей, вызывает наибольший общественный резонанс и в большей степени способствует удовлетворению требований преступников.

В-третьих, в целях обеспечения единства правоприменительной практики по ст. 206 УК РФ необходимо подготовить постановление Пленума Верховного Суда РФ, в котором содержались бы разъяснения по применению положений данной статьи и по разграничению со смежными составами преступлений.

Проблемы квалификации и разграничения составов преступлений, предусмотренных главой 17 УК РФ, на основе анализа судебной практики Текст научной статьи по специальности « Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Дворецкая Елена Степановна

В данной статье автор анализирует примеры судебной практики по преступлениям против свободы, чести и достоинства личности. На основе реальных примеров уголовных дел сделаны выводы о признаках , влияющих на юридическую оценку деяния, его отличиях от смежных составов преступлений.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Дворецкая Елена Степановна,

Текст научной работы на тему «Проблемы квалификации и разграничения составов преступлений, предусмотренных главой 17 УК РФ, на основе анализа судебной практики»

?Таким образом, процедура голосования окончательно перейдет в электронный вид, что позволит обеспечить честность на всех этапах избирательного процесса, с одной стороны, а, с другой стороны, это будет свидетельствовать о достигнутом уровне формирования информационного общества на государственном уровне.

Сформированное информационное общество на государственном уровне является сигналом для глобального информационного общества как об определенном уровне развития научно-технологического процесса, так и о дальнейшей модернизации существующих процессов и явлений.

1. Федеральный закон от 06.12.1994 № 56-ФЗ, в редакции от 26.11.1996 «Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации».

2. Федеральный закон от 17 мая 1995 г. № 76-ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации».

3. Федеральный закон от 21.06.1995 № 90-ФЗ, с изменениями от 17.11.1998 «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации».

4. Указ Президента РФ от 23.08.1994 № 1723 «О разработке и создании государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы».

ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ И РАЗГРАНИЧЕНИЯ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ ГЛАВОЙ 17 УК РФ, НА ОСНОВЕ АНАЛИЗА СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

Дворецкая Елена Степановна — студент, кафедра уголовного права, процесса и национальной безопасности, Вятский государственный университет, г. Киров

Аннотация: в данной статье автор анализирует примеры судебной практики по преступлениям против свободы, чести и достоинства личности. На основе реальных примеров уголовных дел сделаны выводы о признаках, влияющих на юридическую оценку деяния, его отличиях от смежных составов преступлений. Ключевые слова: квалификация деяний, признаки, составы, похищение, незаконное лишение свободы, способы совершения, клевета.

В практическом применении главы 17 УК РФ существуют проблемы отграничения составов преступлений, т.к многие из них имеют сходство по способам совершения деяний.

Похищение может совершаться не только путем насильственного захвата с применением силы или угроз, но и с помощью обмана, когда потерпевший под каким-либо I предлогом !заманивается 1в 1то I помещение, 1где 1он I впоследствии 1будет III насильственно удерживаться, либо транспортное средство, на котором он перевозится в подобное место [1].

Так, например, как похищение человека были квалифицированы действия лиц в отношении С., работавшего в организации, занимавшейся сбытом книгопечатной продукции. Некоторое время тому назад в ней была совершена кража книг, но следствие по этому делу в связи с неустановлением виновных было приостановлено. Через некоторое время на улице к С. подъехали на машине трое молодых людей и попросили сесть на заднее сиденье, якобы для сообщения о фактах, связанных с

совершенной кражей. Ничего не подозревавший, С. сел в машину, после чего он был доставлен сначала в лесной массив, а затем в гараж, где подвергался избиению, заковывался 1в [наручники [и [оставался 1на длительный срок без пищи и воды [с целью I вымогательства крупной суммы в валюте [2, с. 176].

Помимо применения силы при захвате потерпевшего на него может быть оказано сильное психологическое воздействие путем высказывания угроз, имеющих реальный характер. Так, совершая похищение Г. и С., один из преступников Ф. угрожал им убийством, демонстрируя автомат Калашникова и направляя его на потерпевших. Под угрозой убийством похитители заставили Г. и С. забраться в грузовой отсек автомобиля ИЖ-2715, где их некоторое время держали взаперти. Демонстрация заряженного (автомата |в !этих (обстоятельствах (свидетельствовала 1о Iреальной готовности |Ф. 1в 1любой 1момент (произвести 1выстрел, 1что 1и ?подтвердилось: ?активно пресекая попытку Г. и С. освободиться от похитителей, Ф., не раздумывая, произвел выстрел и с расстояния 9 метров убил Г. [3].

Психологическое воздействие в совокупности с побоями и угрозами бывает настолько интенсивным, что вынуждает потерпевшего безропотно выполнять предъявленные требования, даже покинув место насильственного удержания. Так, например, Р. совместно с М. и Г., похитив Х., насильственно привезли его на автостоянку и в сторожевом вагончике предъявили требование о передаче им автомашины «Жигули», [принадлежащей Х. С целью подавления воли потерпевшего к сопротивлению они избили Х., причинив ему телесные повреждения, отобрали при этом ключи от автомашины и техпаспорт. Для окончательного завладения автомашиной, завязав Х. руки и глаза, против его воли отвезли Х. в постороннюю квартиру и всю ночь насильственно удерживали под охраной. Утром Р., Г. и М. привезли потерпевшего к нотариусу, где он, чувствуя безысходность своего положения, [подписал договор купли-продажи своей [автомашины [постороннему лицу, естественно, без всякой оплаты. Не довольствуясь достигнутым под угрозой убийством, стали требовать у Х. 7 миллионов рублей, предложив оформить фиктивный договор займа денег под залог гаража. Для оформления договора они доставили Х. в нотариальную контору, где он опять, чувствуя безысходность ситуации, безропотно согласился выполнить требования вымогателей. Сделка не состоялась только ввиду отсутствия у похитителей денег на уплату госпошлины.

Незаконное лишение свободы также предполагает насильственное удерживание потерпевшего, но только в месте его постоянного или временного нахождения (в его же собственном жилище, по месту работы, в автомашине). Законодатель имел в виду именно этот момент, когда формулировал диспозицию ст. 127 УК РФ как «Незаконное лишение свободы человека, не связанное с его похищением» [2, с. 181].

Пример. Совершенно обоснованно поступили органы предварительного следствия, дифференциально квалифицируя действия организованной преступной группы, возглавляемой М., К. и др. [4]. Преступники возвратились в квартиру потерпевшего Е., где в это время находились его знакомые. Угрожая убийством и нанесением тяжких телесных повреждений, они связали присутствующих проволокой, одели на Е. наручники, а затем стали наносить им удары бейсбольной битой, хоккейной клюшкой, руками, ногами, требуя 50000|долларов. Е. и его друзей -братьев О. удерживали до утра 30 октября, продолжая избивать и требуя деньги. Действия преступников по данному эпизоду были квалифицированы как незаконное лишение свободы. Утром, 30 юктября, Е. и |братьев О. иасильно перевезли |в подвал | дома по другому адресу, где, продолжая избивать, насильно удерживали 2 суток, вновь требуя деньги. В данном случае действия преступников были уже квалифицированы как похищение человека. Суд впоследствии согласился с такой квалификацией содеянного.

Не подлежат квалификации по ст. 126 УК РФ действия лиц, формально соответствующие похищению человека (захват и насильственное удержание), если

изначально отсутствовал умысел на похищение и действия по этому поводу не планировались. Ответственность при этом наступает только за имевшие место последствия для потерпевшего.

Пример. Т. и его жена Ч. подозревали их соседа, несовершеннолетнего С., в совершении у них в доме кражи. Т., случайно встретив С. в магазине, на глазах у свидетелей силой увез его к себе домой, подверг избиению и пытке раскаленным ножом, после чего заставил С. написать собственноручное признание в совершенной у него краже [5].

Суд обоснованно посчитал, что в действиях Т. и Ч. нет состава преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ, так как сговора между ними о похищении не было, захват потерпевшего С. не планировался и Т. встретил его в магазине совершенно случайно. Подсудимых признали виновными только в совершении преступления, предусмотренного ст. 117 УК РФ (истязание).

Нельзя расценивать как похищение случаи имитации этого преступления, когда «жертва» добровольно покидает место постоянного пребывания, а затем совместно с «похитителем» требует выкуп якобы за свое освобождение. В данном случае отсутствует объективная сторона похищения — захват и насильственное удержание, зато налицо состав таких преступлений, как вымогательство и мошенничество.

Нельзя также расценивать как похищение завладение собственным или усыновленным ребенком вопреки воле другого родителя или близких родственников, у которых данный ребенок находится на воспитании, даже если лицо, осуществившее завладение, лишено родительских прав.

Роль [организатора ?похищения может ?выразиться в указании [исполнителям на личность потерпевшего, предоставлении его адреса, оплате услуг исполните ле й или III в (обязывании [исполнить |е го [требование I о I похищении |в II связи с их служебной или иной зависимостью.

Пример. В. организовал преступную группу с целью вымогательства чужого имущества, в которую помимо него вошли еще 5 человек [6]. Организаторская роль В. выразилась в том, что он распределил роли между соучастниками, определил место, где должен был насильственно удерживаться Т., а за несколько дней до его похищения привез соучастников к дому Т., указал на него и его жену, а также на место расположения гаража, куда Т. паркует автомашину. После этого по указанию Т. соучастники, которым стали известны внешность Т. и его местожительство, через несколько (дней похитили его (и (в течение I9 дней держали в [подвале (дома, (избивая, I пытая электротоком, (и требовали передать им 50000 долларов США. По указанию В. двое соучастников ездили к жене Т., привозили записки, написанные потерпевшим, (с просьбой выполнить все требования вымогателей и, высказывая угрозы, завладели принадлежащей Т. автомашиной [7].

Учитывая, однако, диспозицию ст. 111 УК РФ, в которой законодатель отошел от использовавшегося 1ранее понятия 1«телесные (повреждения», 1заменив 1его понятием «вред здоровью», можно сделать вывод, что насилие, опасное для жизни и здоровья, не исчерпывается нанесением только телесных повреждений, нарушающих анатомическую целостность тела человека, причинение которых реально угрожает жизни потерпевшего и способно (вызвать !его (смерть. Опасность для здоровья может ! возникнуть в результате возникновения в процессе похищения психических нарушений у потерпевшего или физиологических расстройств в деятельности его внутренних органов, например в результате использования виновными разнообразных химико-фармацевтических препаратов [2, с. 188].

Так, по уголовному делу о похищении восемнадцатилетней Б. похитители с целью подавления (воли потерпевшей заставили ее (принять (сильнодействующий препарат (-клофелин и в полубессознательном состоянии перевезли на квартиру своего сообщника, где с целью насильственного удержания опять вводили потерпевшей этот препарат. (Хотя (вредных (последствий для Б. (после юе освобождения (не (последовало, (

суд квалифицировал действия похитителей по п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, расценив введение клофелина как насилие, опасное для жизни и здоровья, т.к. оно связано с серьезным нарушением сердечной деятельности. Опасным для здоровья может также считаться возникновение у потерпевшего наркозависимости в том случае, если для насильственного удержания преступники длительно вводили или принуждали принимать наркотические средства или психотропные вещества [8].

При анализе составов преступлений, включенных в эту главу, следует обратить внимание на разграничение преступлений, посягающих на личную свободу -похищение человека (ст. 126 УК), незаконное лишение свободы (ст. 127 УК), незаконная госпитализация в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях (ст. 128 УК), и захват заложника ( ст. 206 УК ), последний состав помещен в главу 24 — Преступления против общественной безопасности.

По смыслу закона под похищением человека понимаются противоправные умышленные действия, сопряженные с тайным или открытым завладением (захватом) живого человека, перемещением с места его постоянного или временного проживания с доследующим удержанием против его [воли р [другом месте. Похищение (человека [ имеет длящийся характер, поэтому продолжительность насильственного удержания потерпевшего существенно сказывается на степени общественной опасности [9, с. 23]. Способ насильственного удержания на квалификацию не влияет, если он не образует квалифицирующего признака или самостоятельного состава преступления.

Примечание к ют. 126 [предусматривает [обязательное освобождение [от уголовной [ ответственности похитителя, если он добровольно освободит похищенного, а в его действиях нет иного состава преступления. Освобождение нельзя считать добровольным, если дальнейшее удержание похищенного становится невозможным, а также в случаях, когда цель похищения уже достигнута и дальнейшее удержание похищенного утрачивает смысл. Лицо не может быть освобождено от уголовной ответственности [за похищение человека, [если освобождение похищенного состоялось после выполнения требований похитителя [12].

Читайте так же:  Как правильно заполнить счет-фактуру на аванс. Порядок заполнения счет фактуры на аванс

Незаконное рлишение ювободы [(ст. 127 [УК [РФ) [означает рпринудительное, рпротив [ воли лица, удержание его в определенном месте и содержание его там в течение более или менее длительного времени. Для разграничения рассматриваемого состава преступления и состава, предусмотренного ст. 126 УК РФ, закон прямо указывает, что по ст. 127 УК РФ квалифицируется только лишение свободы, не связанное с похищением.

Способы незаконного лишения свободы, как и способы похищения, включают психическое или физическое насилие, обещания, обман, использование запирающихся приспособлений и т.д. Для квалификации деяния способ незаконного лишения свободы имеет значение лишь в случаях совокупности преступлений (например, условия содержания лишенного свободы заведомо причиняют вред его здоровью) или когда речь идет о применении насилия опасного для жизни и здоровья либо рприменении оружия. В [остальных [случаях юпособ деяния существен лишь шля [ индивидуализации ответственности и наказания [9, с. 29].

Отметим, что далеко не всякая информация о человеке будет клеветнической. Следовательно, не всякие действия по ее распространению являются уголовным преступлением, подпадающим под ст. 128.1 УК РФ. Два главных признака таких сведений, это:

• заведомая ложность, то есть несоответствие действительному положению дел;

• направленность против чести и достоинства.

Ложность заключается в том, что описанные события не произошли в реальности в то время, к которому они относятся. Заведомо ложными могут быть только те факты, которые касаются либо прошлого, либо текущего состояния дел. Информация, касающаяся будущих событий, не может быть ложной.

Сложившаяся судебная практика по уголовным делам не рассматривает в качестве ложных те сведения, которые содержатся в официальных документах, оспариваемых в законном порядке: судебных решениях или приговорах, постановлениях и т. д. Защита чести и достоинства в этом случае имеет иной порядок.

К порочащим честь и достоинство сведениям могут быть отнесены:

• утверждающие, что данное лицо нарушило закон;

• о совершении бесчестного поступка (например, обогащение нечестным путем);

• о неэтичном поведении в личной или профессиональной сферах;

• о недобросовестности в предпринимательской деятельности;

• о нарушении деловой этики или обычаев и т. п. [9 с.89].

Если хотя бы одно условие из двух не выполнено, то есть сведения, хоть и ложные, не позорят человека, или наносят вред его репутации, но при этом правдивы, то привлечь того, кто их распространяет, ни за оскорбление, ни тем более по ст. 128.1 УК РФ невозможно. Впрочем, вполне возможно, что такие действия являются нарушением права на личную тайну и неприкосновенность частной жизни, ответственность за которое устанавливается другими статьями УК или ГК [10, с. 7].

Помимо того, что информация о лице является ложной и порочащей, она еще должна быть распространена. То есть для того, чтобы возник состав преступления, предусмотренного ст. 128.1 УК, клеветник должен совершить определенные действия по донесению информации до окружающих [10, с. 7]. Под распространением понимают:

• сообщение в устной форме;

• заявление, предназначенное для официальных лиц;

• опубликование в печати;

• трансляция на радио или телевидении;

• указание в характеристике;

• размещение в сети Интернет;

• упоминание в публичных выступлениях и т. д.

При ртом [не имеет [значения, [какому [именно [количеству [людей [была [адресована | данная информация. Достаточно одного, кому стало известно о недостоверных фактах. А вот высказывание такой информации тому, к кому она относится, будет уже не клеветой, а оскорблением.

1. Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповых преступлений. М.: Юридическая литература, 2005. С. 117.

2. Наумов А.В. Российское уголовное право. В 3 томах. Том 2. Особенная часть. Главы 1-10 / А.В. Наумов. М.: Wolters Kluwer, 2016.

3. Уголовное дело №2-101 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 33.

4. Уголовное дело №2-145 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 36.

5. Уголовное дело №2-213 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 40.

6. Уголовное дело №2-159 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 42.

7. Уголовное дело № 1-171 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 48.

8. Уголовное дело №2-187 // Обзор нормативных актов и судебной практики, касающихся обеспечения прав человека на свободу и личную неприкосновенность // Бюллетень Верховного Суда РФ, 2016. № 5. С. 51.

9. Тасаков С.В. Нравственные основы норм уголовного права о преступлениях против личности. СПб., 2008.

10. Шмарион В.И. Ответственность за преступления против чести и достоинства личности по российскому уголовному законодательству :Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Специальность: 12.00.08 — Уголовное право и криминология; Уголовно-исполнительное право; Науч. рук. В.Т. Гайков. Ростов-на-Дону, 2001.

ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ ЭЛЕКТРОННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ Дворецкая Е.С.

Аннотация: в данной статье рассматриваются виды электронных доказательств и проблемы их практического применения. Автор выявляет отсутствие нормативного регулирования и требований к оценке таких видов доказательств. Предлагается ввести исчерпывающий перечень электронных доказательств и дать каждому из них законодательное определение.

Ключевые слова: доказательство, электронный документ, скриншот, электронный носитель информации, регламентация, требования.

В процессуальной доктрине и судебной практике определились следующие виды доказательств на электронных носителях:

— электронные доказательства — документы, полученные посредством электронной или I иной I связи, I в I том I числе I с I использованием I информационно-телекоммуникационной сети Интернет. К ним относятся лог-файлы сервера провайдера, I лог-файлы I хостинг-провайдера, I отчеты I поисковых I систем, I статистические интернет-сервисы, информация, характеризующая особенности функционирования домена в Интернете; электронные сообщения (сведения, распространяемые посредством электронной почты; отчеты о доставке электронного сообщения, скриншоты с компьютера или мобильного устройства и т.п.), СМС- и ММС-сообщения и т.д.;

— электронные документы (электронные образы документов), подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством РФ;

— аудио- и видеозаписи на электронных носителях (аудиовизуальный документ, кинодокумент, фотодокумент, фонодокумент и иные документы на электронных носителях; СМС- и ММС-сообщения, содержащие аудио- и видеозаписи, и т.п.).

Правовая природа доказательств на электронных носителях небесспорна. В доктрине по этому поводу высказываются четыре основных предположения:

1) по смыслу процессуального законодательства доказательства на электронных носителях являются письменными доказательствами;

2) относятся к вещественным доказательствам;

3) могут быть названы самостоятельным средством доказывания;

Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 12.00.08, кандидат юридических наук Галстян, Инесса Шагеновна

  • Специальность ВАК РФ 12.00.08
  • Количество страниц 170
    • Скачать автореферат
    • Читать автореферат

    Оглавление диссертации кандидат юридических наук Галстян, Инесса Шагеновна

    Глава 1. Положительное постпреступное поведение виновного в системе оснований освобождения от уголовной ответственности.

    § 1. Общая характеристика института освобождения от ответственности в отечественном уголовном праве.

    § 2. Положительное постпреступное поведение виновного как основание освобождения от ответственности в российском уголовном праве.

    Глава 2. Сравнительно-правовые аспекты изучения проблем освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    § 1. История развития отечественного законодательства об освобождении от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    § 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в законодательстве зарубежных стран.

    Глава 3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного по Уголовному кодексу Российской Федерации.

    § 1. Деятельное раскаяние как основание освобождения от уголовной ответственности.

    § 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного по нормам-примечаниям к статьям Особенной части УК РФ.

    § 3. Примирение потерпевшего и виновного как основание освобождения от уголовной ответственности.

    Рекомендованный список диссертаций по специальности «Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право», 12.00.08 шифр ВАК

    Деятельное раскаяние и его уголовно-правовое значение 2001 год, кандидат юридических наук Александрова, Надежда Сергеевна

    Общий и специальные виды освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием 2005 год, кандидат юридических наук Шакиров, Хайдар Садикович

    Деятельное раскаяние в совершенном преступлении 2004 год, кандидат юридических наук Хархардин, Дмитрий Николаевич

    Освобождение от уголовной ответственности в связи со специальными видами деятельного раскаяния: Проблемы теории и практики 2005 год, кандидат юридических наук Миронов, Иван Вячеславович

    Деятельное раскаяние как институт освобождения от уголовной ответственности: ст. 75 УК РФ 2006 год, кандидат юридических наук Чернова, Майя Борисовна

    Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного»

    Актуальность темы исследования. Актуальность темы освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в современных условиях обусловлена обновлением социально-правовой ситуации в стране, реформированием уголовного законодательства, стремлением законодателя и правоприменителя к гуманизации уголовной политики, становлением концепции восстановительного правосудия.

    Действующее уголовное законодательство существенно расширило комплекс уголовно-правовых средств реагирования на преступное поведение, закрепив в Уголовном кодексе возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением, реализуя тем самым основополагающие принципы уголовного права -принцип справедливости, который строится на необходимости учета всех обстоятельств при назначении меры уголовно-правового воздействия к лицу, совершившему преступное деяние, и принцип гуманизма. В Уголовном кодексе не содержится общего понятия освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного, однако закреплены такие его виды, как освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ), освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением (ст. 76 УК РФ), и освобождение от уголовной ответственности на основании примечаний к статьям Особенной части УК РФ.

    В последнее время необходимость серьезной корректировки отечественной уголовной политики все чаще подчеркивалась как в научной литературе1, так и на официальном уровне. Так, 18 апреля 2002 года в ежегодном послании Федеральному Собранию Российской Федерации Президент Российской Федерации В.В. Путин подтвердил, что «крайне важна гуманизация уголовного законодательства и системы наказаний». Кроме того, было отмечено, что «сегодня за преступления небольшой и средней тяжести фактически следуют те же самые санкции, что и за тяжкие. Преступность от этого не уменьшается, а люди — только ожесточаются». Из уст руководителя страны прозвучала, надо полагать, официальная позиция государства: «Наша главная цель — и об этом мы много раз говорили, все об этом хорошо знают -добиться неотвратимости наказания, а не его чрезмерной суровости»2.

    Приоритетными направлениями усовершенствования правового регулирования в государственной политике противодействия преступности были признаны гуманизация наказания и справедливость его применения. Исходя из этого, концепция Федерального закона от 8 декабря 2003 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» заключается либерализации уголовного права и, прежде всего, гуманизации его инсти

    1 Зубков А.И. Карательная политика России на рубеже тысячелетий. М., 2000; Рябинин А.А. Проблемы наказания на новом этапе совершенствования уголовного и уголовно-исполнительного законодательства. Домодедово, 2000; Зубкова В.И. Уголовное наказание и его социальная роль: теория и практика. М., 2002.

    2 Послание Президента РФ Федеральному Собранию «России надо быть сильной и конкурентоспособной» // Российская газета. 2002.19 апреля. тутов. Осуществление гуманизации уголовного права нашло свое отражение в преобразовании ряда институтов и норм Уголовного кодекса РФ в целях расширения благоприятствования субъектам уголовной ответственности и снижения общего уровня репрессивности уголовного закона.

    Законодательные новеллы дают основание по-иному оценить сложившиеся среди ученых взгляды по некоторым спорным вопросам освобождения от уголовной ответственности, выявить новые проблемы и предпринять попытку их разрешения, поскольку они имеют не только теоретическое, но и практическое значение.

    Представленные аргументы позволяют говорить об актуальности и своевременности настоящего исследования.

    Степень научной разработанности. Проблема освобождения от уголовной ответственности не является новой в теории уголовного права. В науке и жизни есть так называемые «вечные вопросы», которые не сходят со страниц монографий и научных изданий, и служат предметом постоянных дискуссий. К таким вопросам относится и исследуемая тема. Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного довольно часто в отечественной науке уголовного права становилось предметом исследования в контексте рассмотрения других проблем, например, индивидуализации уголовной ответственности. Надо отметить, что в науке имеются, в том числе, и специальные исследования, посвященные освобождению от уголовной ответственности в связи с примирением и освобождению от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, однако комплексному анализу в качестве видов освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного они не подвергались.

    Читайте так же:  Страховая выплата по ОСАГО - размер, сроки, порядок выплаты. Размер выплаты при дтп

    Изучению освобождения от уголовной ответственности посвятила свои работы целая плеяда видных отечественных ученых: Х.Д. Аликперов, Ю.В. Голик, JI.B. Головко, В.А. Еле-онский, И.Э. Звечаровский, С.Г. Келина, В.Н. Кудрявцев, Г.Д. Коробков, Н.С. Лейкина, JI.B. Лобанова, A.A. Магомедов, P.A. Сабитов, A.B. Савкин, В.В. Скибицкий, Э.С. Тенчов, АЛ. Тупица и др.

    В современной уголовно-правовой науке пониманию положительного постпреступного поведения виновного и учету его при избрании меры уголовно-правового воздействия уделяется явно недостаточное внимание. Исключение могут составить работы Х.Д. Аликперова (1992), Ю.В. Голика (1992), A.B. Ендольцевой (2004), И.Э. Звечаровского (1991, 1993), А.З. Рыбака (2003), Б.В. Сидорова (1992), Н.Д. Сухаревой (2005).

    Для обеспечения теоретической полноты и обоснованности научного исследования автором были привлечены труды отечественных и зарубежных специалистов в области теории права, конституционного права, уголовного права, уголовного процесса, криминологии, а также социологии и психологии.

    Исследование вышеперечисленного теоретического материала позволило определить исходные и наиболее дискуссионные проблемы исследования; выявить глубину и 4 фундаментальность теоретической разработки отдельных положений и обоснованность сделанных выводов.

    Цели и задачи исследования. Цель диссертационного исследования заключается в том, чтобы на основе применения современных методов познания к изучению нормативных, эмпирических и теоретических источников комплексно изучить нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в уголовном праве России, разработать рекомендации по совершенствованию практики применения этих норм и сформулировать предложения по совершенствованию законодательства в части регламентации освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    Достижение указанных целей обусловило постановку и решение следующих задач:

    — изучить эволюцию представлений об освобождении от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в уголовном законодательстве и уголовно-правовой теории;

    — провести семантический и юридический анализ существующих определений понятий «освобождение от уголовной ответственности», «положительное постпреступное поведение», «деятельное раскаяние», «примирение»;

    — рассмотреть уголовно-правовые и криминологические признаки закрепленных в уголовном законодательстве оснований освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреслупным поведением виновного;

    — проанализировать теоретическую и практическую значимость существующих классификаций оснований освобождения от уголовной ответственности и предложить собственную;

    — провести сравнительно-правовой анализ освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в современном отечественном и зарубежном уголовном законодательстве;

    — изучить теорию и практику применения освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного, и определить пути совершенствования законодательства в этой области;

    — определить пределы правомерности применения освобождения от уголовной ответственности в отечественном уголовном праве;

    — выявить наиболее существенные детерминанты, обуславливающие эффективность применения освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    В качестве объекта диссертационного исследования выступают общественные отношения, возникающие при освобождении от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    Определенный в границах объекта предмет исследования представляет собой комплекс субъективных и объективных признаков освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного, судебно-следственная практика по их применению, а также данные судебной статистики и результаты проведенных автором социологических исследований.

    Нормативная основа исследования представлена международными, зарубежными и национальными правовыми актами, направленными на защиту прав и интересов граждан, в том числе в сфере уголовно-правовых отношений. Исследование проводилось на основе действующего в РФ конституционного, уголовного, уголовно-процессуального, гражданского и иного законодательства. Для обеспечения полноты исследования и изучения сравнительно-правовых аспектов проблемы были привлечены нормативные источники, действовавшие в России в период Х-ХХ веков (Псковская судная грамота, Двинская уставная грамота, Соборное Уложение 1649 г., Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. и др.) и современное уголовное законодательство зарубежных стран.

    Эмпирическая основа исследования представлена опубликованной практикой Верховного Суда РФ (РСФСР, СССР), статистическими данными Управления Судебного Департамента при Верховном Суде в Ставропольском крае, ИЦ ГУВД Ставропольского края и ГИЦ МВД РФ за период с 1997 г. по 2005 г. Эмпирическую базу работы составили также материалы проведенного автором социологического опроса 136 человек, среди которых сотрудники правоохранительных органов и суда, научные работники и студенты. Были обобщены материалы 114 уголовных дел, связанных с освобождением от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного.

    Обобщение обширного нормативного, эмпирического и теоретического материала потребовало применения многоуровневого комплекса методов и принципов научного познания, составивших методологическую основу настоящей работы. Исследование опирается на универсальный диалектический метод с присущими ему требованиями объективности, всесторонности, комплексности и конкретности познания. Автором был применен системный подход, позволивший рассмотреть институт освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного как целостное образование, взаимодействующее с другими институтами уголовного права. В процессе исследования были использованы также исторический, логико-юридический, формально-догматический, сравнительно-правовой, конкретно-социологический метод, статистический метод обобщения материалов судебной практики и анализа социологических исследований и другие методы, что позволило рассмотреть изучаемую проблему в комплексе и сделать соответствующие выводы.

    Проведенное исследование позволило сформулировать и вынести на защиту следующие основные положения:

    1. Положительное постпреступное поведение виновного следует рассматривать как имеющее место после совершения общественно опасного деяния, подпадающего под катего6 рию . тяжести, юридически значимое поведение виновного, направленное на восстановление нарушенных этим деянием благ и интересов потерпевшего либо на минимизацию преступных последствий, которое изменяет содержание охранительных правоотношений «государство-преступник», предоставляя первому право освободить лицо, совершившее преступное деяние, от уголовной ответственности либо смягчить меру наказания.

    2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного представляет собой созданную в целях гуманизации уголовного законодательства и практики его применения, а равно обеспечения принципов справедливости и экономии мер уголовной репрессии систему норм, предусматривающих основания и условия освобождения от уголовной ответственности в связи с социально полезным поведением виновного в постпреступной ситуации.

    3. Охранительные уголовно-правовые отношения, возникающие вследствие положительного постпреступного поведения виновного, имеют специфический характер, обусловленный юридической значимостью постпреступного поведения, характером и степенью общественной опасности совершенного преступления, а также отношениями «виновный-потерпевший» в допреступной и постпреступной ситуации.

    4. Предлагается выделять следующие виды положительного постпреступного поведения виновного: 1) явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других участников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления (п. «и» ст. 61 УК РФ); 2) оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (п. «к» ст. 61 УК РФ); 3) деятельное раскаяние (ст. 75 УК РФ); 4) примирение потерпевшего и лица, совершившего преступное деяние (ст. 76 УК РФ); 4) добровольная сдача предметов преступного посягательства (примечания к ст. 222,223,228 УК РФ; 5) активное способствование раскрытию или пресечению преступления (примечания к ч.1 и п. «а» ч. 2 ст. 127, ч. 2 ст. 210, 228 УК РФ); 6) предотвращение дальнейшего ущерба потерпевшему (ст. 275 УК РФ).

    5. В зависимости от специфики положительного постпреступного поведения виновного целесообразно выделять следующие основания освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного: 1) освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ); 2) освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением потерпевшего и лица, совершившего преступное деяние (ст. 76 УК РФ); 3) освобождение от уголовной ответственности по нормам-примечаниям к статьям Особенной части УК РФ. Это основание содержит следующие группы, предусматривающие: а) единое основание, т.е. содержащее одно условие для применения освобождения от уголовной ответственности (примечания к ст. 126, ч. 1 и 2 ст. 204, 205, 2051, 206, 208, 222, 223, ч. 2 ст. 282-1, ч. 2 ст. 282-2, 291, 307 УК РФ); либо б) комплексное осно7 вание, т.е. содержащее несколько условий для применения освобождения от уголовной ответственности (примечания к ч. 1 и п. «а» ч. 2 ст. 127, ч. 2 ст. 210,228,275 УК РФ).

    6. Деятельное раскаяние как основание освобождения от уголовной ответственности представляет собой вид положительного постпреступного поведения виновного лица, заключающийся в совершении совокупности социально полезных действий, направленных на восстановление существовавших до начала преступного посягательства общественных отношений.

    7. Примирение потерпевшего и виновного лица как основание освобождения от уголовной ответственности представляет собой вид положительного постпреступного поведения виновного лица, состоящий в заключении с потерпевшим соглашения о разрешении уголовно-правового конфликта. При этом совокупность обязательных условий данного соглашения зависит от категории совершенного преступного деяния, что позволяет выделять два вида примирения.

    8. Эффективное развитие восстановительных механизмов в УК РФ обусловливает потребность в совершенствовании освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного. В этой связи предлагаются следующие редакции ст. 75 и 76 УК РФ.

    9. В целях упорядочения следственно-судебной практики в части применения ст. 76 УК РФ предлагается проект Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

    Приведенные положения отражают конкретные элементы научной новизны диссертации. Настоящая работа представляет собой монографическое исследование комплекса проблем освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного в отечественном уголовном праве, учитывающее изменения, внесенные в данный институт Федеральным законом № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 08.12.2003 г. и Федеральным законом № 153-ФЭ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 27.07.2006 г. В ней на основе предложенных научных гипотез выдвигаются, обосновываются и формулируются основные положения, которые обусловливают необходимость существенной корректировки законодательства об освобождении от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного, а также определяется степень адекватности отечественного уголовного законодательства потребности в существовании освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным посгпреступным поведением виновного.

    Теоретическая значимость исследования заключается в том, что полученные в процессе его проведения выводы и предложения автора могут быть использованы в качестве перспективного направления в совершенствовании понимания освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением виновного, способного учесть положительный опыт регулирования проблем освобождения от уголовной ответственности в связи с положительным постпреступным поведением в зарубежных странах и в отечественной истории

    В диссертации обоснована система правового учета положительного постпреступного поведения виновного и волеизъявления потерпевшего в процессах дифференциации ответственности. Предложения и выводы автора позволяют всесторонне и глубоко осмыслить достоинства и недостатки уголовного законодательства на современном этапе и оценить значимость гуманизации уголовного законодательства.

    Практическая ценность диссертационного исследования состоит в том, что его результаты могут служить теоретической базой при разработке и принятии нормативных актов, обеспечивающих учет воли потерпевшего и значение положительного постпреступного поведения виновного при освобождении от уголовной ответственности; в правоприменительной практике органов дознания, предварительного следствия и суда; в учебном процессе при преподавании курса «Уголовное право», при чтении специализированных курсов «Виктимоло-гия», «Проблемы уголовной ответственности и освобождения от нее» и др.; в дальнейших научных исследованиях проблем освобождения от уголовной ответственности.

    Значимость выводов и предложений, сделанных в диссертации, подтверждается их апробацией. Основные положения, выводы и предложения диссертации отражены в 10 публикациях автора, в том числе статьях, опубликованных в изданиях, входящих в перечень ВАК России. Результаты исследования получили апробацию на межвузовских, региональных и международных конференциях, проходивших в г. Ставрополе в 2001-2006 г.г., обсуждались на заседаниях кафедры уголовного права ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет». Кроме того, научная работа на тему «Новые основания освобождения от уголовной ответственности», отражающая выводы и предложения диссертационного исследования была награждена медалью «За лучшую научную студенческую работу» в соответствии с Приказом Министерства образования России от 09.03.2004 г. № 1190 «О награждении лауреатов открытого конкурса на лучшую научную работу студентов по естественным, техническим и гуманитарным наукам в вузах Российской Федерации в 2003 году».

    Выводы работы внедрены в учебный процесс ГОУ ВПО «Ставропольский государственный университет», Ставропольского филиала Краснодарского университета МВД; в практику работы Ленинского районного суда г. Ставрополя и прокуратуры Ипатовского района Ставропольского края.

    Структура диссертационного исследования отвечает основной цели и предмету исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, состоящих из 7 параграфов, и заключения. Завершает работу библиографический список использованных источников и литературы. Объем и оформление диссертационного исследования отвечают требованиям ВАК России.

    admin